Добавить в закладки

Борзая для конницы

Охота с борзыми, правильно и широко поставленная, - комплектная охота, была любимой барской охотой ушедших времен. Создали ее и дали ей развиться условия крепостною быта, когда широко применялся даровой труд и материальные блага сосредоточивались в немногих руках. Крепостные псари с детства прикомандировывались к псарням и проводили всю свою нередко долгую жизнь, не отрываясь от них, привыкали к своему делу, в совершенстве изучали его и передавали свой опыт и знания детям.

Отсюда получались такие самородки специалисты-практики, которые в своей области дали бы много очков вперед иному зоотехнику. Эти люди, не знакомые со связанными с животноводством науками, в совершенстве овладели заводским искусством и помогли создать нашу борзую - ту собаку, которая заинтересовала собаководов и охотников не только у нас или у наших зарубежных соседей, но и далеко за пределами нашего материка. Русская борзая в сотнях экземпляров фигурирует на выставках в Англии, но главное требование на нее заявила со второй половины девятнадцатого века Северная Америка. В Соединенные Штаты Северной Америки стали уходить собаки даже из таких, казалось бы не нуждающихся в извлечении доходов, охот, как Першинская.

В настоящее время, говорят, лучшие экземпляры этой прославленной русской собаки нужно искать именно в Америке, где местами охотничьи угодья напоминают наши русские угодья. Красота и грациозность борзой сделали то, что ее используют не только, как собаку охотничью, но и как собаку комнатную, декоративную - собаку роскоши.

 Рис. Американская актриса мисс Ивон д’Арль с группой своих русских псовых борзых, оцененных в 10 000 долларов.
Рис. Американская актриса мисс Ивон д’Арль с группой своих русских псовых борзых, оцененных в 10 000 долларов.

На прилагаемой фотографии изображена американская актриса Мисс Ивон д'Арль с группой русских псовых борзых, оцененной в 10.000 долларов, т.е. по 4.000 рублей за голову. Насколько можно судить по фотографии, собаки эти недурны, но ничего особенно ценного собою не представляют и на русских выставках старого времени они не прошли бы выше, как на малую серебряную медаль. Таких собак в России можно было иметь за небольшие сотни рублей за голову, если они хороши в поле, а если это не притравленные собаки - то цена им была бы и весьма невелика. Эти собаки несомненно получили комнатное воспитание, т.к. стоят не на коготках, как должны стоять полевые собаки. Не так давно Аркос запрашивал Всекохотсоюз, нельзя ли через него получить борзых для экспорта. Таким образом, борзая наша представляет собою высоко ценимый заграницей экспортный товар.

Революция смела помещичьи комплексные охоты, и борзые из этих охот частью погибли, - это к сожалению большая часть, а частью распылились по частным рукам, затерялись и только периодически выявляются на наших выставках. Но к тому, что осталось от наших славных борзых, следовало бы проявить бережное и серьезное отношение.

Между тем мы замечаем обратное. Проявляемое к нашей борзой отношение носит определенно враждебный характер.
Причиной такого отношения к ней служит, с одной стороны, та необузданная бесшабашная травля всего, что передвигается на четырех ногах по земле, со стороны тех многочисленных недисциплинированных «мелкотравчатых», в руки которых попали отдельные собаки из барских охот или у которых имеются выборзки, т.е. ублюдки от настоящих борзых. С этими четвероногими спутниками обладатели их не расстаются и не препятствуют им, сопровождая постоянно хозяина в поле, ловить и давить все, что на глаза попадется. В этом случае разумная причина для гонения есть, но гонение это следует направлять не на собаку, а на ее обладателя.

Но главной причиной гонения или индифферентного отношения к этой ценной собаке является то, что она представляет собою остаток ушедшей барской роскоши, которая будто бы не нужна пролетарскому государству. Вот здесь перед нами возникает вопрос, над которым нужно задуматься и в котором следует серьезно разобраться.

Всякая культурная ценность, какая-бы историческая эпоха ее ни создала, должна быть охраняема, если она представляет собою действительную ценность, а сомневаться в данном случае по отношению к борзой нет оснований.

Барские комплектные охоты могут быть осуждаемы лишь потому, что эти, дорого стоившие и требовавшие широкого приложения человеческого труда, охоты содержались для удовольствия и прихоти одного человека, а поскольку эти охоты, при настоящих условиях, могут быть использованы в интересах широких охотничьих объединений или государственных организаций - постольку они не подлежат осуждению. Ведь комплектные псовые охоты являются прежде всего могучим оружием в деле борьбы с непомерно размножившимися волками, причиняющими народу многомиллионные ежегодные убытки.

Мне уже как то случалось говорить, что прежде в районах расположения псовых охот волки до того уничтожались, что охотникам с большими трудами приходилось искать волков, а теперь волки ищут охотников. Ружейные охотники могут, конечно, кое что сделать в деле истребления волков, но ставить их рядом с охотниками псовыми в этом отношении не приходится.

Лучшим и более успешным видом ружейной охоты является охота с флажками. Но эта охота начинается с белой тропы, требует очень хорошей организации и терпит неудачу при всякой попытке кого-нибудь расстроить ее. Прежде всего для хорошо налаженной охоты нужен искусный окладчик – «пскович», которых у нас до крайности мало. Затем охоту эту можно проводить при подходящем состоянии погоды и снежного покрова. Эти охоты проводятся обычно горожанами, которые приурочивают свои выезды, сообразуясь с делами, к определенному дню, а на определенный день погоды не закажешь. Наконец, помешать этой охоте может всякий, кому вздумается - стоит только выгнать зверей из оклада, что сделать весьма просто. Поэтому облавные охоты и дают ничтожные результаты.

 Псовая красно-половая сука «Пулька» - Г. В. Короленко. На 3-й очередн. Московской выставке 1926 г. получила большую серебрян. медаль, приз Т-ва «Московский Охотник» и приз Пушно-сырьевой конторы Госторга.
Псовая красно-половая сука «Пулька» - Г. В. Короленко. На 3-й очередн. Московской выставке 1926 г. получила большую серебрян. медаль, приз
Т-ва «Московский Охотник» и приз Пушно-сырьевой конторы Госторга.

Между тем псовая охота представляет собой гораздо более действительный способ истребления волков. Прежде всего ее можно проводить с большим успехом по черной тропе, а каждого волка, с точки зрения уменьшения причиняемого им населению убытка, выгодней убить осенью, а не зимой - ведь проживши осенние месяцы, каждый зверь будет питаться за счет населения.

Затем псовую охоту, как конную организацию, легче перебросить в то место, где намечен разгром волчьего выводка. Наконец, помешать этой охоте трудней, чем охоте с окладом, т.к. здесь не нужно охранять зверей на логовах - здесь, как только они вернулись с бродов - их не трудно захватить на лежках и при посредстве стаи зверогонов выставить на своры, которые в руках опытных охотников редко протравят.

Но препятствием к насаждению у нас псовых охот является то обстоятельство, что организация этих охот обходится слишком дорого. Кроме затрат на покупку или разведение собак, затрат на корм, помещение и пр., нужны довольно многочисленные штаты людей для обслуживания охоты и большой комплект лошадей, а также оборудование последних седлами и остальным инвентарем. Такие затраты непосильны при современных условиях не только отдельным гражданам, но нередко и довольно серьезным их объединениям.

Но есть государственные организации, которые вполне оборудованы и людьми и лошадьми, могут составить экономию на кормовых средствах, способную снизить расходы на прокормление собак, обеспечены помещением и нуждаются только в незначительных средствах на создание стаи зверогонов и нескольких свор злобных борзых.

Такими организациями являются конные части Красной армии. Признано всеми, что лучшей школой для лихого наездника служит псовая охота.

«Здесь он не струсит, здесь не уступит,
Здесь его Крез за мильоны не купит.
Буйная удаль не знает преград –
Смерть иль победа - ни шагу назад».


Так рисует Некрасов борзятника - и нет признаков преувеличения в этой талантливой характеристике. Действительно псовая охота заставляет ездока слиться с конем в одно существо и стать смельчаком.

Никакие кавалерийские учения, никакие скачки с препятствиями не ставят всадника в необходимость так быстро находиться и решительно действовать, как травля борзыми. Всякие препятствия на скаковом поле или в манеже стоят на определенном, заранее известном, месте, грунт ездоку хорошо известен - и он вперед знает, что предстоит ему сделать - взять ли легкий плетень, канаву, барьер или банкет. Это значительно облегчает задачу кавалериста.

А борзятник, несмотря ни на какие преграды, должен попасть за собаками туда, куда вздумалось направиться зверю. Будь это твердое поле, кочковатый луг, топкое болото, крутой откос, встретится ли на пути плетень с острыми кольями, на которые можно распороть брюхо лошади, или широкая канава - борзятник должен обойти или взять это препятствие, не раздумывая, не замедляя действий. Страсть туманит рассудок и охотник действует автоматически, почти не отдавая себе отчета в том, как именно он действует – и в этой бессознательности целесоответственных действий, подобных стрельбе на вскидку у ружейника, - идеал достижения и у борзятника и у кавалериста.

И только псовая охота, а ни какие другие специально выдуманные упражнения, даст конному воину способность к таким достижениям. Это касается езды в момент самой травли. А охота в наездку, на узерку - разве не заставляет охотника быстро сообразить, как обмануть зверя, приблизиться к нему по возможности бесшумно и незаметно, пользуясь прикрытиями, как бугры, кусты, стога, овраги, выиграть у него расстояние, в каком именно месте перехватить его, идя наперерез? Да и стоять неподвижно на лазу, использовав для прикрытия то, чем случайно обладает место лаза - ведь это тоже искусство - и искусство не малое.

Всю эту живую школу, и притом школу высокую, дает кавалеристу охотах борзыми и те небольшие ассигнования, на которые пошло бы государство для организации при конных частях армии небольших псарен, хотя бы на шесть смычков гончих и десять свор борзых, окупятся с избытком результатом выработки лихих ездоков и тонких разведчиков. Но этим же способом государство, создав сеть войсковых псовых охот, восполнит тот ущерб, который понесла страна в результате уничтожения комплектных охот, энергично истреблявших волков. Такая сеть создаст реальную угрозу этим непомерно размножившимся хищникам и при ее помощи можно будет надеяться лучше, чем другими мерами, снизить угрожающий рост волчьей опасности.

Псовые охоты конных частей могут перебрасываться походным порядком в те места, откуда слышатся жалобы на волчье засилье.
Придет такая охота на место, проверит выводок подвывкой с вечера, а на утро, как только звери вернутся с добычи, займет сворами надежные лазы, набросит стаю - и пойдет потеха, бодрящая сердце молодого воина и спасающая продукт трудов земледельца от неизбежной гибели. Будем надеяться, что мечта эта осуществится и что Всекохотсоюз примет со своей стороны меры к выявлению на местах, пока не погибших, но стоящих на краю гибели, лучших наших собак на пользу не только армии, но и всего населения нашей земледельческой страны.

А разведутся борзые в достаточном количестве - можно будет их сделать предметом экспорта и обмена на них заграничных собак, которые нужны для нашей охоты. Только нужно спешить, а упустишь время - исчезнувшей борзой не вернешь.

В. Каверзнев


Журнал «ОХОТНИК» 1927 год, № 3


Редакция borzoi.org.ua благодарит Анну Еременко за любезно предоставленный материал.

Другие новости сайта borzoi.org.ua

09 фев, 2018 | Helena


« Предыдущий - Следующий »
---------------------------------------------

Комментарий

Комментариев еще нет. Вы можете стать первым!
Регистрация не обязательна!

Оставить комментарий

 


Категории

Поиск

Реклама