Добавить в закладки

Заметка о борзых

Сведения, содержащиеся в данной заметке, могут быть полезны тем, кто интересуется родословными борзых середины ХІХ века, а конкретнее - собак Березникова, В.Ф.Белкина, Гейера, Мажарова и Сорохтина.

* * *

Многие охотники, зная, что я был ближайшим, по калужскому имению, соседом покойному Ив. Никол. Храповицкому, с которым я часто охотился, просили меня: во-первых — объяснить им происхождение борзых собак гг. Мажарова и Сорохтина, приобретенных ими от М. А. Гейера, назвавшего их собаками В. Ф. Белкина, но, на самом деле, происшедших от собак Храповицкого, и 2) объяснить им различие, по которому у большей части собак гг. Мажарова и Сорохтина уши крымковатые, чего не видно в собаках г. Березникова; у первых псовина длиннее и глаза приятные, тогда как у вторых псовина короче, а глаза впалые и узкие. Полагая, что сведения эти не лишены интереса для любителей борзых собак, я решился поместить в журнал "Охоты" все, что знаю о породах, вошедших в кровь борзых собак гг. Березникова, В. Ф. Белкина, Гейера, Мажарова и Сорохтина.

Родоначальником собак И. Н. Храповицкого, который завел охоту в 1846 году в с. Дольском Малоярославецкого уезда, был черный кобель, с белым пятном на груди, белыми концами пальцев на ногах и как бы с выточенными из каменного черного угля ногтями, которыми он стучал по полу, как кастаньетами. Кличка его Черкес. Он был будто бы вывезен из Персии г-ном Рихтером. Но чистопсовый по виду, с прекрасными глазами, заложенными назад ушами, с сильно спущенными бочковатыми и крутыми ребрами, несколько широкой во лбу головою, не свыше аршина в наклон ростом — Черкес сильно заставлял сомневаться в своем персидском происхождении. Резвость его, несмотря на криво сросшуюся правую ногу, в двух местах выше колена, была удивительная, и волка брал он необыкновенно злобно. Бывший впоследствии ловчим, дворовый человек г-жи Храповицкой, Василий Игнатович, страстный охотник, посланный по делу в 1844 году в Козельск, на одном постоялом дворе увидав Черкеса, купил его у дворника за 3 руб. сер. В том же году Черкес поставлен был с двумя суками, из коих одна принадлежала покойному Александру Михайловичу Сухотину, давшая Кинжала и Зареза, собак чрезвычайно злобных к волку, чего прежде в охоте г. Сухотина, до ставки суки его с Черкесом, не бывало. Другая сука, Сайга, серая с подпалинами, псовистая (которую нельзя было однако назвать псовою собакою), происходившая от собак князя Козловского, принадлежала А. Ст. Белкину, премьер-майору Преображенского полка, ветерану, страстному охотнику. Она дала Марса, красного, черно-мордого кобеля, и половую суку Змейку. От Кинжала и Зареза породы не осталось. Хотя кроме Змейки и Марса были от Черкеса и Сайги другие щенки, но так как от этих щенков породы не было взято, то считаю излишним и упоминать о них.

Змейка досталась Вас. Игнатовичу; была резва и брала волка, хотя не очень злобно. Марс Ал. Ст. Белкина был очень ладен, одного аршина и 1,5 вер. в наклоне, силен на скачке, чему доказательством может служить случай, виденный мною, около деревни Афанасовой. Ф. А. Белов в порошу затравил им одним в одно утро 12 русаков, чем чуть не сгубил собаку. Марс брал в одиночку волка и давал потомство злобных к красному зверю собак.

Злорад кн. Б. А. Черкасского, происходя в дальнем потомстве от Марса, напоминает очень своего родоначальника. Поселившись в Дольском, покойный И. Н. Храповицкий не принял в подарок подведенных ему его дворовым, Василием Игнатовичем, Черкеса и Змейку, а купил их, т. е. убедил В. И. принять за них сумму весьма солидную.

Приобретя названных двух собак, Храповицкий немедленно завел еще много разных пород борзых, очень дельных, в том числе псовые были: Колпей, Раскида полово-красная, обе собаки злобные, а хортая была черно-пегая Залетка. От Колпея и Раскиды был красно-половый Пожар, с которым покойный Н. В. Ртищев поставил суку полукрымскую, подаренную ему Храповицким, а последний получил ее в подарок от Н. В. Киреевского. Порода этих собак долго велась у Ртищева, а по смерти его досталась родному племяннику его Вл. Ан. Шумовскому и М. А. Гейеру, который смешал породу собак Березникова и Белкина с собаками Ртищева.

Порода собак Березникова идет от Черкеса и Залетки, которая в 1847 году дала, в числе прочих щенков (помет ее тогда состоял из 11 кобелей и одной суки), Араба, Султана и Черкизу. Первые два были черные (1 ар. 2 вер. в наклоне), а последняя, темно-серая с красными подпалинами. Все эти 3 собаки были бы вполне красавицами, если бы не имели ввалившихся глаз. Волка они брали на славу. Султан подарен Храповицким покойному Н. М. Смирнову, также и Черкиза, так как эти охотники друг с другом делились, кто чем мог. Черкиза, поставленная с Марсом А. С. Белкина, дала потомство, уцелевшее по сие время у П. А. Березникова. Дочерей и внучек Черкизы ставили с Декретом, сыном Марса и той же Залетки, затем с вышеупомянутым Султаном и Марсом 2-м, принадлежавшим тогда ветерану, полковнику В. Ф. Белкину. Марс 2 муругий с загривиною белою (от Марса и Отрады, чистопсовой суки черно-пегой с подпалинами старинных Белкинских собак), был тоже необыкновенно злобная и довольно резвая собака, но несколько лещеватая. От дочери половой Змейки и Араба — Вилки, родилась Вьюга, красная, небольшого роста сучка, которая дала у А. А. Атрыганьева Сибиря, темно-голубого с красными подпалинами кобеля, громадного роста, необыкновенной ширины и силы, очень злобного, но с узкими ввалившимися глазами.

Таким образом образовалась в собаках покойного Н. М. Смирнова и П. А. Березникова, имевших общую охоту, господствующая масть черно-пегая с подпалинами, муругая, черная с подпалинами и мурого-пегая, но редко голубая с подпалинами. Собаки голубой масти отличаются очень редкою шерстью на спине. Так как кровь Залетки несколько раз повторилась в собаках гг. Смирнова и Березникова через Араба, Султана, Декрета и Сибиря, которого А. А. Атрыганьев подарил Н. Д. Челищеву, а тот Н. М. Смирнову, то этим объясняются дурные глаза и предрасположение к паршивости собак гг. Березникова и В. Ф. Белкина, у которого не стало породы прежних его собак и которому Березников и Смирнов, помня его одолжения, дарили щенков и даже взрослых собак.

От Раскиды псовой и кобеля собак покойного П.И. Запольского, Храповицкий подарил Н. М. Смирнову Раскиду 2-ю, которую Смирнов поставил со псовым кобелем собак Калашникова. Дочь Раскиды 2-й подарена Смирновым В. Ф. Белкину, у которого от Марса 2-го и Крылатки родилась Черкиза, черная с подпалинами. Сына Черкизы, хромого на переднюю ногу, черного с подпалинами кобеля, выпросил у В. Ф. Белкина Гейер, а потом, узнав, что Белкину не нравится за плохой рыск подаренная Березниковым черно-пегая с подпалинами сука, Гейер выпросил себе и эту суку, от которой и имеется порода собак Гейера, Мажарова и Сорохтина. В этой породе несколько раз повторилась кровь Раскиды через Пожара, Крылатку, чем и объясняется большая псовина в собаках Гейера, Мажарова и Сорохтина, а крымковатость ушей перешла к ним через Зарницу Н. В. Киреевского.

Считаю нужными добавить, что собак такого роста как Сибирь, видал я не мало; так напр. ростом отличался Богатырь, сын Черкизы В. Ф. Белкина, черный с подпалинами кобель, принадлежавший А. И. Глушкову, — и Победим г. Кареева. Но все собаки, мной виденные, при сравнении с Сибирем, показались бы не вполне сложившимися, только что погодовавшими собаками.

У М. Н. Барыкова тоже ведется порода собак, родственная по крови Черкесу. Происходит эта порода от собак А. И. Глушкова, приобретшего своих собак, Заиру и Богатыря, от г. Березникова, а Марса и Дорогого от В. Ф. Белкина. От Заиры и Марса (происходившего от Марса 2-го Б. Ф. Белкина) А. И. Глушков получил муруго-пегую Обругу, принадлежавшую Лопатину. Обруга, поставленная с Марсом 3-м, муругим сыном Марса 2, дала полово-пегую суку. Эго служит доказательством крови псовых собак, отразившейся в дальнем поколении. Полово-пегая дочь Обруги принадлежала М. Н. Барыкову, у которого дала щенков от Пирата г. Гейера. Поэтому порода собак покойного Храповицкого существует и у М. Н. Барыкова, хотя он, быть может, и не ведает настоящего происхождения своих собак.

Злорад кн. Черкасского происходит от старинных псовых собак М. А. Тараковского и собак, подаренных А. А. Атрыганьевым М. А. Бырдину, породы Марса 2. Приятель мой, Ив. Анд. Абрамов, купил Траяна, муруго-пегого сына Марса 2, у В. Ф. Белкина и увез Траяна в Херсонскую губернию, где от него, как удостоверяют, имеются собаки у кн. Манвелова и г. Куракина псовые, рослые и очень злобные. Резвость теперешних собак, ведущих свой род от Черкеса, Марса 1-го и Марса 2-го, как я полагаю, несмотря на резвость, отличавшую их родоначальников, утратилась по многим причинам. 1) При подборе производителей, в соображение принималась преимущественно только злоба их, но не резвость и злоба вместе. 2) Усиленная работа собак зимой, в глубокий снег, при травле волков, пойманных в капканы. И 3) Нерациональное воспитание щенков и их выкормка. В большинстве случаев, щенков кормят до отвалу вареной мясной нищей, приготовленной очень неряшливо, иногда даже из кишек убитых или палых лошадей, телят и ягнят. После корма, наевшиеся щенки лежат где попало, а те, которые порезвее, держатся взаперти, во избежание возможности уничтожения домашней птицы. Гулять в лес охотники их не берут. Таким образом наши охотники бессознательно отвели себе породы тяжелых борзых, подобно тому как англичане (только те делали это сознательно, с целью) вывели лошадей-богатырей Суффольков.


М.Кошкаров


"Природа и охота", апрель 1878г.
Из фондов РНБ


При копировании активная ссылка на сайт обязательна!


Другие новости сайта borzoi.org.ua

27 июл, 2018 | Helena


« Предыдущий - Следующий »
---------------------------------------------

Комментарий

Комментариев еще нет. Вы можете стать первым!
Регистрация не обязательна!

Оставить комментарий

Для комментирования вы должны зайти как пользователь

Категории

Поиск

Реклама