Добавить в закладки

Опыт истребления волков

 Мертвая хватка. С картины А. Степанова
Мертвая хватка. С картины А. Степанова


Многие думают, что если сделать добывание волка выгодным, то волки будут истреблены. Такой взгляд ошибочен.

Волк, в отличие от большинства других животных, обладая значительной сообразительностью и приспособляемостью, не может быть истреблен, как, например, белка, созданием выгодности условий добывания. Чтобы достичь серьезных результатов в деле истребления волка, как и в борьбе с саранчою, необходимо единство объединенного активного плана и осуществление его специалистами, в порядке служебном, а не промысловом или любительском. Иначе хороших результатов не получится. Та борьба с волками, которая ведется сейчас, в большинстве случаев бессистемна и нередко развивает вреднейшую конкуренцию. Волка, конечно, не истребляют, а охотятся на него. Этим в лучшем случае достигается поддержание количественного равновесия волчьих полчищ, происходит отстрел, «хозяйственный» отстрел этого зверя в размере, способном поддержать длящуюся и неослабевающую волчью опасность.

Без правительственных плановых активных начинаний волка не истребить, все меры пассивные — поощрительные или хотя и активные, но разрозненные, будут сводиться к «хозяйственному» отстрелу и только.

Миниатюрным примером активных правительственных мероприятий может послужить опыт истребления волков в Удомельско-Рядской волости Вышневолоцкого уезда Тверской губернии минувшею зимою 1927 года. Пример этот показателен, хотя и требует введения многих коррективов, он ярок тем, что выявляет пользу активных правительственных мероприятий, характеризует отношение местных охотников, беспомощность населения в деле борьбы с волками и определяет целесообразность затрат на борьбу.

Удомельско-Рядская волость в незначительной части своей представляет собою прекрасные места для вывода волков. Волчьи убытки издавна известны были этой волости, но последние 15-18 лет волков там вовсе не было.

Три года тому назад в уцелевших еще хороших местах закрепилась пара волков, и в первое же лето появился выводок. Как всегда, часть волков зимою была уничтожена, часть уцелела и снова к следующему лету появился выводок и переярки. Летом на покосе случайно были убиты четыре волчонка. Частые селения, просторные пересеченные поля с кустарником, граничащие с заболоченными лесными площадями, представляя волку прекрасные угодия, держали зверя в узком районе и кормили его.

Около десяти селений терпели в течение двух лет значительные убытки, потеряв несколько сот голов скота. Привожу официальную справку сельсовета по одной из деревень — Анкудинихе. Там за два лета 1925 и 1926 гг, съедено волками 164 овцы и 2 жеребенка на сумму 1416 рублей (средняя стоимость овцы определена была в 8 рублей). Сельскохозяйственный же налог за один год со всего селения Равен 781 р. 65 коп.

На некоторых домохозяев сельхозналог и волчьи убытки легли таким образом: Чернов - налог 10 руб. 10 коп., потерял 3 овцы на 24 руб., Вересов — налог 12 р. 40 к., потерял 5 овец на 40 р., Шлыгин — налог 9 р. 99 к., потерял 4 овцы на 32 р., Прокофьев — налог 10 р. 30 к., потерял жеребенка на 50 руб., Ефремов — налог 26 руб., потерял 12 овец на 96 руб., Шмелев — налог 28 руб. 30 коп., потерял 10 овец на 80 руб., Смирнов — налог 8 р. 40 к., потерял 1 овцу на 8 р. и т. п.

В первое же лето мужики взвыли. Обратились в волисполком и городское товарищество охотников. Выли и волки, а егерь товарищества их подвывал. Устроили осеннюю облаву. Из мохового болота доносился запах багульника, темная хвойная лесная глушь просвечивала кое-где изжелта-красным мохом, ревели загонщики кучками, где-то промелькнул волк.

Крестьяне, потеряв надежду на одоление врага, продолжали платить ему дань. Крестьяне просили охотников Ваню Яшина и Василия Михайловича хоть попугать волков.

Раз Ваня лисицу обходил в смешанном, невысоком болотистом лесу с густыми можжевеловыми кустами на опушке. Лисий след выпустил, а волчий зато впустил, обтянул флагами, встал на номер. Погнали, мелькнуло в кустах перед прогалом, будто дым застыл в ветвях; как волк на прогалок выдвинулся, раздался выстрел, волк носом в снег зарылся и не дрогнул. Еле вытащили переярка за ноги.
— Ай да молодец,— говорили крестьяне,— вот спасибо так спасибо, перебей ты их.

Перестали волки не только останавливаться на дневку в местах, где с осени постоянно толкались, но и переходы свои прежние оставили. Денька два попробовал Ваня по волчьим следам поездить, лошадь поустала, без всего домой ворочался; а соседи каждый день с лесного склада дрова на станцию возят, кто три, кто четыре, а кто и шесть рублей зарабатывает. Завидно. Лисиц не стало, начал и он дрова возить. Кто-то еще одного волка убил. К лету семь штук осталось — опять выводок со свитою, опять начались прошлогодние убытки, опять мужички в Исполком, да в товарищество охотников обращаются за помощью.

Травля волка. С картины А. Степанова
Травля волка. С картины А. Степанова


Наступила третья зима. Кое-кто пострелял по волкам, отбили их от привычных островов, одного прибылого убили, а новый год уже прошел.

Опять начали крестьяне рисовать себе мрачные картины волчьих убытков предстоящим летом.
Жалобы крестьян дошли до уездного исполкома, который расшевелил товарищество охотников. Охота в трех волостях была закрыта. Дело истребления волков поручили мне.

Наступил уже конец января.
Первою заботою была привада и объединение местных охотников, которые могли быть полезны в сотрудничестве и весьма вредны при разрозненности. Это объединение оказалось самым трудным делом.

Определяя волчьи переходы и выслеживая волков, не один раз встречал я флажников на лисьем следу. Часто лыжня их, разрезая девственный снег, надолго отваживала волков от окаймленных человеческими следами мест дневок. От преследования волков флажники в конце концов отказались, и это дало возможность ознакомиться с ходами, переходами, рекогносцировочными путями зверя, определить количество зверя в районе, возраст, пол и индивидуальные особенности, повадки.

Зима близилась к концу, стоял уже давненько февраль месяц. Времени оставалось мало.

Волков оказалось всего 6 штук — 2 самца, матерой и прибылой, 2 волчицы-переярки и 2 волчицы прибылые. Они жили то одной семьей, то разбивались. Группировка их была следующая: 5 и 1 (прибылой) или 2 (прибылой и волчица-переярок), 1 (прибылой) и З (матерой и 2 волчицы-переярки).

От положенной привады волки, видимо, убегали. Пришлось положить еще одну в другом очень хорошем месте, но и эта туша лошади осталась без волчьего внимания до конца, прокормив до весны стаю воронов, ворон и сорок.

Погодные условия были тяжелые. От сильных ветров образовалась звонкая корка, препятствовавшая вкладыванию. Нагоненный зверь мало шел в лес, предпочитая полевые места. Голодный да еще настеганный зверь делал охоту нелегкою, и для многих она казалась безнадежною. Оставалось использовать охоту нагоном, объезжая волков большим кругом по дорогам, но для успешности требовалось несколько большее количество стрелков, я был единственным постоянным в своем отряде, состоящем из двух помощников и подводчика.

Волки то исчезали из района, то появлялись. Приглашаемые стрелки либо не выезжали, занятые служебными делами, либо ожидали, когда волки привадятся и будут ошнурены. Сколько раз на 3—4 номера можно было бы сделать удачный почин. Встанешь на номер в одиночестве в широком поле, пересеченном холмами, и любуешься проходящим шагах в 150—200 зверем.

Из города стрелков так и не дождался. Пытался добыть из местной ячейки охотников, просил 3—4 надежных стрелков, ответили, что найдется человек 12 разнадежнейших, да только опасаются, как бы даром не проехаться. Так и плюнул я на помощь извне.

А зима так и бежит, а в начале марта и потекла. Волки на приваду не заглядывают. Наступила оттепель, длившаяся более недели, стало страшно, что зима кончается.

Положил еще приваду на третье место близ летних костей, которыми волки от времени до времени пользовались. Окончилась течка, и отощавшие волки повадились. Оттепель уничтожила предательски хрустящую корку, а затем пороши сделали снежный покров сухим, но пушистым и бесшумным.

Мы приналегли, пользуясь погодными условиями. Благодаря хорошей подготовке и знанию всех переходов волков в районе, в течение трех недель марта месяца, покончили с волками при помощи флагов и нагоном без флагов. Волки были тощие: прибылые весили 1 п. 08 ф., 1 п. 12 '/2 ф., 1 п. 14 1/2 ф., переярки — 1 п. 24 ф. и 2 п., матерой — 2 п. 20 ф.

Всего проведено на работе 50 дней участвовало в работе 1—6 человек, 1 — 4 лошади, изъезжено 1500 верст; обложены были волки 15 раз разными группами (10 раз одиночки, 2 раза пара и 3 раза тройка), 4 раза из 15 — волки ушли до гона, гнали 11 раз (9 раз одиночек, 1 раз пару, 1 раз тройку); стреляно в 9 случаях из 11 (2 раза при нагоне волки прошли без выстрела в 150—200 шагах). Убиты все 6 штук, все волки были стреляны на расстоянии 15—30 шагов; расходы по проведению кампании выразились в сумме 426 рублей; таким образом 1 волк обошелся в 71 рубль, денежные средства были предоставлены земельными органами и Вышне-Волоцким кооперативно-промысловым товариществом охотников.

Своевременно начатая кампания значительно удешевила бы добычу. Погодные условия в течение целого месяца были крайне неблагоприятны и затянули дело. Затвердение верхнего слоя снега препятствовало вкладыванию, а главное ведению правильных линий флангов, вследствие чего, особенно при гоне на один номер, фланги получались нескошенные, а стенкою, а это обстоятельство не раз сбивало обратно выходивших на стрелковую линию волков. Кроме того, в течение того же месяца почти ежедневно держался западный ветер и неоднократно препятствовал использовать лаз.

Затраченные на истребление волков 426 рублей сберегли крестьянскому населению 10—15 деревень не меньше 5000 рублей. Таким образом, сумма, затраченная на истребление волков, относится к цифре причиненных волками за год убытков почти как 1:12. Это соотношение в наших условиях следует признать высоким.

Тихо, мирно, безубыточно прошло минувшее лето для крестьян, ни одной головы скота не погибло. Волчья напасть казалась давнишним кошмарным сном. Миниатюрный опыт правительственного истребления волков в Вышневолоцком уезде подтверждает положение, что действительное истребление волка может иметь место служебным осуществлением активных мероприятий под руководством специалистов при организованном участии охотничьих кооперативных объединений.

Н. Зворыкин
Журнал «Охотник», №11, 1927 г.

Публикация была размещена в журнале
«Охота и охотничье хозяйство» №11, 1997 год.



Другие новости сайта borzoi.org.ua

17 дек., 2009 | Helena


« Предыдущий - Следующий »
---------------------------------------------

Комментарий

Комментариев еще нет. Вы можете стать первым!
Регистрация не обязательна!

Оставить комментарий

Для комментирования вы должны зайти как пользователь

Категории

Поиск

Реклама